Тень скандалов над норвежской короной: Хокон VIII пообещал удержать доверие нации  Оригинал

В стране, где политическая власть уже давно делегирована Стортингу (норвежскому парламенту), монарх остаётся единственной фигурой, способной транслировать национальную идентичность вне партийных «игр». Король Харальд V был гением этого жанра, ведь он умудрялся быть связующим звеном между консервативными ценностями прошлого и либеральным настоящим, оставаясь при этом «своим» для каждого норвежца.

Однако воцарение Хокона VIII происходит в иной оптике. Норвегия, которая гордится своей модернизацией (вспомним хотя бы изменение закона о престолонаследии в пользу абсолютного первенца), внезапно столкнулась с архаичной проблемой: дисбалансом между публичным долгом и частной жизнью служителей короны. И если при Харальде эта пропасть ловко маскировалась, то новый король получает трон в тот момент, когда его супруга борется с хроническим недугом, а общественное мнение расколото отношением к судебным процессам вокруг его пасынка.

Европейские аналитики склонны рассматривать это как кризис перезрелой демократии. С одной стороны, норвежцы хотят видеть монарха как идеальную семью, архетип порядка. С другой — журналистские расследования последних лет продемонстрировали, что внутренний круг королевской семьи не защищен от тех же пороков, что и обычное общество: зависимости, юридические ошибки и неосторожная переписка здесь становятся достоянием публики с утроенной силой. 

Показательно, что впервые за многие годы передача власти сопровождается не т...