Великому российскому хореографу Борису Эйфману — 80  Оригинал

Тайновидец духа и плоти

«Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время; я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком» — эти слова Достоевского как нельзя лучше подходят для определения творчества Бориса Эйфмана, потому что разгадкой человеческой психологии и его тайны он занимается в своих балетах всю жизнь.

«Тайновидцем плоти» называл Льва Толстого в своем исследовании писатель Дмитрий Мережковский, а Достоевского — «тайновидцем духа». Таков же в своем творчестве и Эйфман. Он как будто препарирует того или иного героя романа Достоевского или Толстого. В балете «Преступление и наказание» проникает внутрь Раскольникова, внутрь Сонечки Мармеладовой, внутрь Свидригайлова. И языком танца выражает, что чувствовал герой в том или ином действии или событии, которое описывает Достоевский. Зритель как бы оказывается в страшном «душевном подполье» этих героев, блуждает в лабиринтах их подсознания. Надрывно-болезненная атмосфера романа и всего творчества Достоевского постоянно влечет Эйфмана. Психологический надлом, истеричный надрыв, существование героев на грани, почти метафизическое состояние балансирования «на краю» (как в песне Высоцкого) — отличительная черта творчества хореографа.

Балет «Анна Каренина» — уже показанный на гастролях и особенно выразительно смотревшийся на фоне неудачной премьеры балета по этому же произведению Толстого, показанной в ...